Первая часть
Имэлс, предлагаю тебе для начала сборник из музыки, которую я обозначил бы итальянским термином TRANQUILLO, т.е. – спокойно, умиротворенно. Это музыка ХХ века, разных его этапов, музыка современная, но – не авангардистская, очень красивая, как правило – с роскошными, но как бы умеренными красками. Все внутри. Кратко прокомментирую тебе.
1. Морис РАВЕЛЬ. «Прелюд к ночи» из «Испанской рапсодии». Р. – младший современник Дебюсси, его последователь, импрессионизм его теплее, живее, условнее и – ближе к классицизму. А пресловутое «Болеро» (которое все знают) – и вовсе не импрессионизм. «Исп. рапсодия» это небольшая сюита Р., которая начинается картиной жарких испанских сумерек. Музыка в акварельных красках, тончайшей выразительности, очень похожая на Моне.
2. М.РАВЕЛЬ. Интерлюдия из балета «Дафнис и Хлоя». «ДиХ» – главный шедевр Р. (хотя многие знают только «Болеро»). Написан по известному роману Лонга. Это одноактный 50-минутный балет, когда-то написанный для знаменитой танцовщицы Иды Рубинштейн (которую в обнаженном виде написал темперой В.А.Серов, см.). Страшно люблю слушать весь балет подряд. Атмосфера идиллии, чувственного томления, экстаза.
3. Густав ХОЛСТ. Английский композитор. Часть из сюиты «Планеты» – «Венера, приносящая мир». «Планеты» – самое известное сочинение Х. Я выписал три медленные части, весьма красочные (две других – ниже).
4. Клод ДЕБЮССИ. По гамбургскому счету – величайший композитор Франции. Первый и, по сути дела, единственный композитор-импрессионист. Клод Моне в музыке. Записан один из «ноктюрнов» Д. – «Облака». Название «Ноктюрны» Дебюсси признает условным, образным, не имеющим отношения к ночи. Главное – живописный, световой образ. Про «Облака» Дебюсси говорит, что это неподвижный образ неба с медленно и меланхолически проходящими и тающими серыми облаками. Интересно, что еще у позднего Листа была «импрессионистическая» пьеса «Серые облака». От себя добавлю, что во второй части пьесы облака уже не «стоят», а как бы закручиваются спиралью.
5. Отторино РЕСПИГИ – итальянский композитор, как бы импрессионист, но на свой, итальянский лад. Блистательный мастер оркестра. Наиболее известное произведение – «Римский триптих» – три больших поэмы для оркестра «Праздники Рима», «Фонтаны Рима» и «Пинии Рима». Последняя – самая популярная – живописует римские сосны, пинии в разных частях Рима. Звучит фрагмент из «Пиний Рима», называющийся «Пинии на Яникуле», т.е. на Яникульском холме Рима. Часть изображает тенистый парк с пением птиц (буквальным, в записи на магнитофон) – образ покоя и отдохновения.
6. К.ДЕБЮССИ – Ноктюрн «Сирены» для женского хора без слов и оркестра. Это третий из «Ноктюрнов» (второй называется «Празднества». Он очень напоминает мне праздничное шествие из романа Грина «Бегущая по волнам»). «Сирены» – самый большой и самый красочный из «ноктюрнов» Д. Гармоническая красота этой вещи неподражаема. Гармоническая «вертикаль» почти полностью заменяет мелодию. Видишь не «рисунок», а медленное мерцание переливающихся цветов… Ну и, конечно, девы…
7. К.ДЕБЮССИ – Два танца для хроматической арфы с оркестром. Очень изысканные пьесы, первая из которых называется «Ритуальный», а вторая – «Светский танец». Арфа – излюбленная краска импрессионистов (У Равеля есть изумительная вещь для арфы и ансамбля. Называется Интродукция и аллегро. Музыка, наполненная плеском теплой воды и солнцем. Как-то я приехал жарким летом к брату в Коми, где он живет, и часами плавал в большом пруду. Плыл с открытыми глазами под водой и видел сквозь нее солнце, переливавшееся всеми цветами радуги… Музыка счастья).
8. Г.ХОЛСТ – «Сатурн, приносящий старость». Монументальная часть «Планет». Звучность нарастает, бьют и затихают колокола, вступает орган…
9. Оливье МЕССИАН. Глава группы композиторов, которые называли себя «Молодая Франция». Фигура очень своеобразная. В музыке – соединение (а порой и разъединение) двух начал – религиозной мистики и восточной экзотики. Язык М. – совершенно радикальный (в одной из вещей М., которая называется «Из ущелий к звездам» и длится «без перерыва» 90 минут, есть паузы минут в пять…). М. – автор знаменитого квартета «На конец Времени» для скрипки, виолончели, кларнета и ф-но, который он мысленно написал и запомнил, будучи узником немецкого концлагеря. Самое известное сочинение – симфония «Турангалила» (см. ниже). Очень много писал для органа. Увлекался пением птиц, которое «переводил» в музыку (написал для оркестра «Каталог птиц», «Экзотические птицы» и др.). Симфония «Турангалила» для большого оркестра, ф-но и «волн Мартено». «В.М.» это электронный инструмент типа терменвокса. Как правило, в симфонии солировали (ф-но и В.М.) две сестры Лорио – Ивонн и Ирен, первая из которых – жена М. «Турангалила» – громадная вещь, из которой даю наиболее интересную часть, которая называется «Сад сна любви» – музыка сладостной прострации и блаженного оцепенения. Название симфонии – целая философия. «Лила» – «игра», игра в смысле божественного воздействия на космос, игра творения, разрушения и восстановления, игра жизни и смерти; «лила» также и любовь. А «Туранга» – это бегущее время, бегущее, как конь, текучее, как в песочных часах, движение и ритм. Все же вместе – песнь любви, гимн радости, времени, движению, ритму жизни и смерти. Исп. Орк. Парижской консерватории, солисты – сестры Лорио, дирижер – автор.
10. Г.ХОЛСТ – «Нептун – мистик». Это последняя часть «Планет», самая таинственная… Как светящиеся гирлянды мерцают звучания колокольчиков, внизу почти на инфразвуке рокочет орган и… вступает женский хор, точно рассеивается пелена. Здесь как бы перекличка с «Сиренами» Дебюсси.
11. М.РАВЕЛЬ – «Павана на смерть инфанты». Р. немного кокетничает с названием, он это любил. Просто печальная музыка в размере паваны, медленного испанского танца. Но очень красивая. Лет 35-40 назад мне попался журнал «Америка», и там был «Рассказ о Габриэле» Кэтрин Габриэльсон – о девочке, умирающей от рака. Грустный такой рассказ с замечательным графическим рисунком: девочка с конским хвостиком на затылке лежит в травах и грустно смотрит на небо.
Вся кассета посвящена замечательному бразильскому композитору Эйтору ВИЛА-ЛОБОСУ, которого я просто обожаю… Впрочем, собственно бразильского у него не так уж и много. Он учился (полулюбительски) в Париже, многое воспринял от импрессионистов. Автор очень большого количества опусов. Но самое известное у него – т.н. «бразильские бахианы» и «шорос». Б.б. – это своеобразные сюиты (их 9) для разных составов исполнителей. «Бахиана» – это в честь И.С.Баха, конечно, но без какого-либо подражания. Просто – дань гуманизму Б., его человеческому величию. «Шорос» (их 14) – тоже композиции для разных составов – от 2-х духовых до оркестра с хором. Замечательной 10-й шорос дирижировал Е.Ф.Светланов, он в ней купался… Еще одна изумительная вещь, за которой безуспешно охочусь много лет – симфония «Леса Амазонки», красоты необычайной.
Вторая часть
1. БРАЗИЛЬСКАЯ БАХИАНА №2 для оркестра. Части:
Прелюдия. Песня крестьянина.
Ария. Песнь о нашей земле.
Танец. Воспоминание о пустыне.
Токката. Маленький поезд бразильских крестьян.
2. БРАЗИЛЬСКАЯ БАХИАНА №1 для виолончели и ансамбля виолончелистов.
Части:
Интродукция. Эмболада.
Прелюдия. Модинья.
Фуга. Конверса.
Играет Виктор Симон, но прелюдию я заменил другой записью – неподражаемой по выразительности и красоте тона. Это играет М.Ростропович со своими студентами. Только на таких примерах понимаешь, что такое настоящая Виолончель. Предлагаю сравнить виолончель хорошего виолончелиста Симона и великого музыканта – Ростроповича.
3. БРАЗИЛЬСКАЯ БАХИАНА №4 для оркестра:
Прелюдия.
Хорал. Песнь о пустыне.
Ария.
Танец.
«Бахианы» обожаю и могу слушать без устали. Во 2-й и 4-й – какое-то высокое небо. Потрясающая по красоте прелюдия из 4-й бахианы, с темой, поднимающейся выше и выше (которую здесь Дударова играет отвратительно, но сейчас другой записи у меня нет). Замечательна и «Песнь о пустыне» – как грустная ария с резкой тревожной фразой кларнета на втором плане. Во всех записях бахиан первое название («прелюдия», «токката» и т.п.) – баховское, второе – бразильское.
4. АРИЯ из 5-й «Бразильской бахианы». Знаменитая вещь. Поет Г.П.Вишневская, в расцвете своей карьеры и – незадолго до выдворения её и Ростроповича из Союза. Красота этой вещи необыкновенна. Среднюю часть арии В. поет очень драматично, сильно, в отличие, например, от любимой певицы Вила-Лобоса, знаменитой испанки Виктории де Лос-Анхелес, которая делает эту вещь как лирическую «жалобную» арию. Но записи последней у меня сейчас нет.
5. ТАНЕЦ СЕМИ НОТ для фагота и ансамбля. Редкий образец выразительно солирующего концертного фагота. Начинается с радостного, возбужденного движения, а завершается грустной кодой…
Кроме того – несколько ПРЕЛЮДИЙ ДЛЯ ГИТАРЫ, замечательных по красоте (и совершенно далеких от привычной бравуры а ля Сор и Таррега). Я их вписал в качестве интерлюдий. Их когда-то играл знаменитый испанец Андрес Сеговия. Здесь – Конрад Рагоссник, чех.